Вверх страницы
Вниз страницы
«MORES MΛJORUM»
Cui ridet Fortuna, eum ignorat Femida
Добро пожаловать на самый неординарный проект по книгам Джоан Роулинг.
Наша игра разделена на два больших периода: 50-е и 80-е годы - в каждом из которых свои яркие герои и свои сюжетные линии. Если ваш персонаж жив и в 50-ых, и в 80-ых, то вы с легкой душой сможете отыграть его в разных возрастах. Важно то, что события 50-ых годов влияют на события 80-ых. А значит история, которая нам всем так хорошо знакома, может пойти совсем по иному сценарию.
диалог с амс | роли 50-х | роли 80-х | faq по форуму
вакансии 50-х | вакансии 80-х | колдографии
нужные 50-х | нужные 80-х | акция 50-х | акция 80-х
АКТИВ «MORES MΛJORUM»


ИГРОВЫЕ СОБЫТИЯ 50-Х
Октябрь 1951 года. Сыро, на 6 градусов выше нуля.


6 октября. Инквизиция, узнавшая от Бэлчера о существовании таинственного дневника, бросила часть своих сил на поиски артефакта.
Действующие квесты: «Сага неприятных известий» и «Кошелек или жизнь».



ИГРОВЫЕ СОБЫТИЯ 80-Х
Октябрь 1981. Первые морозы, на дорогах - тонкий лед, очень скользко. На один градус меньше нуля.


3 октября. Пожиратели Смерти устраивают нападение на маггловскую деревеньку в Ирландии, чтобы оттянуть на себя основные силы Аврората. В это же время, Темный Лорд и его ближний круг попадают в Отдел Тайн в поисках пророчества. Но некоторые сотрудники Отдела уже предупреждены о грозящем нападении, и как только между Невыразимцами и Пожирателями Смерти начинается битва, в Отдел прибывает часть Аврората и Орден Феникса.
Действующие квесты: «Ирландские ночи» и «Погоня за тенью».

Вы можете найти партнера для игры, заказать квест или посмотреть возможности для игры.

MORES MΛJORUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MORES MΛJORUM » PENSIEVE » «В минуты отчаяния», 8 сентября 1981.


«В минуты отчаяния», 8 сентября 1981.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1. Место и время
Поместье семьи Блэк, 08.09.1981.
2. Участники квеста
Bellatrix Lestrange & Cygnus Black.
3. Сюжет квеста
В трудные минуты жизни мы всегда стремимся к главному близкому человеку на всём белом свете. И всё равно, что ты уже давно взрослый и серьёзный человек. Может быть, иногда так хочется просто поплакаться в отцовскую жилетку. Почувствовать себя ребёнком, как раньше. Ведь в детстве всё было так легко и просто... А сейчас. Ну, что сейчас?

+1

2

- Нельзя просто так вломиться в Отдел Тайн, - удивленный тон Беллатрикс идет вразрез с общим гнетущим молчанием. Она не привыкла спорить с Темным Лордом, но, кажется, он уже обезумел от гонки за пророчеством.
- Именно поэтому, Белла, я отправляю туда лучших из лучших, - в его голосе - неприкрытая ярость, расплавленные стрелы, что так и норовят вонзиться. Лучше не спорить.

Беллатрикс черной тенью появляется возле отчего дома. Секунда - и у самых дверей. Осторожно оглядывается - привычка. Стук железным кольцом, из тех, что под рождество украшают цветами, по двери. Один из домовых эльфов появляется, чтобы тут же исчезнуть с отвратительно громким хлопком и доложить хозяину, что его дожидается госпожа Лестрейндж.
Госпожа Лестрейндж проходит внутрь, осторожно, почти как кошка. И на несколько сложных заклятий запирает за собой дверь - чтобы наверняка. Домовик снова появляется перед ней, заставляя сердце уйти в пятки, и чинно сообщает, что мистер Блэк ждет ее у себя в кабинете.
Винтовая лестница с резными деревянными перилами. Светлая широкая комната с минимумом вещей. Все строго и по делу - в этом весь Сигнус Блэк.
- Прости, что без предупреждения, - предупреждая любые этикетные разговоры, говорит Беллатрикс. Ее голос - низкий, тягучий - глухо отражается от стен и кажется мрачным, мрачнее, чем сама Беллатрикс, которая всегда в черном.

- Чем ты думала, Беллатрикс? - говорит муж. - Какого черта ты всегда лезешь с комментариями? Если бы не ты, нам бы не пришлось, - тишина. Об операциях говорить вслух не принято. Даже дома.
- Он бы все равно отправил нас, - скупо отвечает Белла, пытаясь скрыть излишнее раздражение. Как же ей все надоело: такими темпами их всех скоро изловят, как крыс.

Она сомневается. Мнется у двери, словно неродная. А затем подлетает к нему и крепко обнимает, ведь только с близкими можно показать свою слабость. Даже не с матерью - с отцом. Только с ним. И как уже устала держать эту непробиваемую маску и делать вид, что если семья пойдет против, она убьет каждого. Конечно, убьет, в этом нечего и сомневаться: но разве не будет сердце обливаться кровью, когда сгорит до конца все, что дорого было когда-то?
- Я так рада, что застала тебя, - ведь шла в никуда, определенно. Вчера Альфард, сегодня отец. Прощание с семьей, предчувствие конца. Слишком сентиментально для Беллатрикс.
Она отстраняется и вновь замыкается в себе.

Белла на секунду останавливается, смотрит на Альфарда внимательно и вкладывает свою руку ему в ладонь. - Совсем скоро, Отдел Тайн, не приходи, - шепотом, на ухо, словно стены могут услышать и разрушит все ее планы. Его планы. - Не приходи, я тебя умоляю, - но он, конечно, придет. Пусть хотя бы чуть позже, чтобы разминуться в несколько секунд, чтобы Муди смачно плюнув на мраморный пол Министерства раздраженно произнес: Ушли.

Оглядывает кабинет. Лицо ее становится совершенно безразличным, каким и должно быть с самого начала. Беллатрикс вскидывает голову и пронзительным взглядом окидывает отца. Сколько они не виделись? Год, два, десять? Постарел.И все также в нейтралитете, все также не приемлет единственно-верной позиции. Все также слеп.

+1

3

Он теперь подолгу засиживается за бумагами. Кажется, что теперь помощь Визенгамота стала необходимой всем и каждому. Будто бы именно Визенгамот есть правый и высший суд, и только в нём люди видели единственное спасение.
Беспорядки, которые устроили магглы, но вдруг в них оказались замешаны волшебники?
Бегом в Визенгамот.
Пропал грязнокровка-родственник?
Бегом в Визенгамот. Вдруг в этом замешаны Пожиратели Смерти?
На улице валяется подозрительный человек, то ли пьяный, то ли мёртвый?
Бегом в Визенгамот. Вдруг они смогут разобраться, в чём дело?

Работы стало невообразимо много, людей стало ещё больше. Нуждающиеся в помощи Правосудия буквально оцепили подземелья Министерства, а Сигнус поначалу долго не мог понять, в чём, собственно дело.
Разве они могут помочь в поисках пропавшего родственника? Это работа аврората. Подозрительный человек на улице? Какого Мерлина вы вообще задумались о нём, а не прошли мимо? Какого Мерлина вы вообще беспокоитесь о ситуации в стране, ведь это не ваше дело!
Всё Министерство Магии, конечно, борется с этой группировкой, с этим Тёмным Лордом. Пока ещё никто не хочет во всеуслышание заявлять о том, что в стране-то серьёзные проблемы. Поднимешь панику — окажешься в бездне. Там и крики, там и волнения, там и бессмысленные и беспощадные кровавые бунты. Там и горы, горы жертв.
А он, Сигнус Поллукс Блэк, упрямо не хотел оказываться в центре событий. Потому что в нейтралитете он видел истину и своё спасение.
Я на своей стороне.
Нет, не трус. Нет, просто хочу выжить. Может быть, я просто обожаю жизнь?

Но как же выйдет иначе, когда твоя дочь — Пожиратель Смерти?
Он ждал её всегда, каждую секунду. Просто потому, что боялся получить письмо с короткой фразой: «Беллатрикс Лестрейндж мертва». А ведь дети, дети не должны умирать раньше родителей! Это противоестественно, а Сигнус слишком привык, чтобы всё было по правилам.
Но ведь и приятно, когда эти правила нарушаются.
И вот, этим вечером такой сбой в правилах всё-таки случился. Спустя долгое, очень долгое время Беллатрикс появляется в родном доме, к великой радости Блэка (неужто он на старости лет стал таким сентиментальным?).  Но он, по старой, въевшейся в кожу, проникнувшей в кровь, привычке не станет показывать чувств своих. Особенно не станет показывать беспокойства, зная, что дочь этого не любит.
Она обнимает его так, как не обнимала уже давно. Да и вообще Беллатрикс не склона к проявлениям чувств, особенно, рядом с отцом.  Ведь это как-то не приемлемо. Девочки в чистокровных семьях ведут себя чинно и смиренно, лишь на груди у матери обливаются слезами горькими, ни за что не показывают свои слабости при главе семейства.
Но Блэк уже пошёл не по правилам, когда сказал однажды Друэлле, что не хочет наследника.
— Что случилось? — ни ответного приветствия, ничего. Сигнус всё-таки знает свою дочь, и знает, что подобное её поведение неспроста. Голос его звучит несколько строго, ни тени тревоги. А хотя он боится, уже боится того, что завтра может настать конец.
«Всего лишь старческие предрассудки», — думает он и устремляет свой взгляд прямо на Беллатрикс. Взгляд требовательный, но он не готов силой выпрашивать ответа. Не сегодня.

+1

4

Свет окна путался в темно-зеленых гардинах и клубах пыли, которая роилась над бумагами.
- Разве я не могу прийти просто так? - вопросом на вопрос. Верно, Беллатрикс, ты никогда не научишься отвечать прямо.
И страшно себе признаться, что все эти тенденции к нападению на Министерство, заставляют Беллатрикс останавливаться, задумываться и бояться. Чего? Нет, конечно не смерти. Ареста? Тем более. Беллатрикс всегда была готова к этому. Но ощущение того, что семья твоя медленно распадается, медленно умирает, как и все то, за что ведется борьба чистокровных, накладывает на Беллатрикс неизгладимый отпечаток меланхолии. И неверия.
- Мне захотелось увидеть тебя, - и может быть помолчать. Говорить - слишком сложно для такой, как Беллатрикс.
Пожалуй, она боялась, что когда-нибудь увидит в бою Альфарда, а в Министерстве, которое они точно попытаются захватить - отца. И нет ничего страшнее того, что они увидят ее искаженное лицо в пылу сражения. Всю ее подноготную. Всю настоящую Беллатрикс, а не светскую леди и жену Рудольфуса Лестрейнджа.
Есть области, в которые не хочется пускать никого. Никого из посвященных.
Беллатрикс казалось, что если отец увидит ее такой, он перестанет с ней разговаривать. Или просто сделает вид, что она ему больше не дочь. Ведь с Андромедой он поступил также. Конечно, Белла ведет совсем иную политику - но что политика, если семейные отношения логике не поддаются.
- У вас на работе не сладко сейчас, - подмечает она, замалчивая главное - благодаря кому столько работы. Но она же Беллатрикс Лестрейндж, Белла, с детства влюбленная в Темного Лорда и его идею, разве может быть она не права? Разве это не те жертвы, не те малые уступки и неудобства, ради которых нужно идти ради общей цели, ради расцвета аристократии, ради них самих?
Беллатрикс усмехается собственным мыслям. Почему-то именно в присутствии своей родни ей приходится сомневаться. Или это запах родного дома делает ее неспособной к бою со своими внутренними врагами?
Кажется, Белла уже перепробовала в своей жизни все. Полиморфные зелья, Непростительные заклятия, Темную магию, супружеские узы. Все, кроме самого страшного, что так ловко обзывают маггловские священники, исповедью, а психологи - рефлексией, самоанализом.
Беллатрикс боялась найти в своей идеологии какой-либо изъян, и запрещала себе думать об этом. Но только не в присутствии отца. Рядом с ним все это подымалось новой горячей волной. Кровь приливала к щекам, а душу трогали страх и сомнение, сомнение и страх.
О, Салазар! Кто же выдумал этих родственников!

+1

5

Наверное, он действительно стал сентиментальным, когда на свет появилась Нарцисса, последний цветок в цветнике семьи Блэк. Знаете, ведь непросто сохранять холодность и строгость, когда в доме твоём живут четыре горячо любимые женщины. Пусть и привычка хранить свои чувства в тайне стала сродни дыханию, желание остановиться, оглянуться, обернуться назад на прожитые годы, не победить. Наверное, возраст действительно берёт своё.
И не важно, что теперь в доме осталась только одна из четырёх горячо любимых женщин. Не важно, что две другие ушли под кров чужой семьи, любимы чужим человеком. Не важно, что третья совсем ушла из дома. Разорвала все связи,  предала воспоминания, покончила со своею жизнью прежней. Не важно, забота о каждой из них — первостепенная задача его, потому что нет на свете ничего важнее семьи. О, и пусть мир вокруг него будет трещать по швам, всё равно. Главное, чтобы те, ради кого он живёт все эти годы, были счастливы. И главная его задача помочь им в столь непростой задаче.
Но теперь… Теперь всё изменилось. Мир действительно летит в бездну, а благородные порывы теперь кажутся ужасно бессмысленными. Всё, стоп. Хватит. Мысли о спасении теперь кажутся глупыми, как и мысли о надежде на лучшее, которая погибла с тех самых пор, когда газетные заголовки «Ежедневного Пророка» запестрели о Тёмном Лорде.
— Не ври мне, Беллатрикс, — всё тот же строгий, безапелляционный тон, — Теперь уже никто не приходит просто так.
Такие простые и, кажется, добрые слова ужасно режут слух. Он не хочет верить в то, что желание дочери повидаться — всего лишь её прихоть. Даже здесь, под крышей этого самого дома, они встречались просто потому, что Беллатрикс хотелось видеть родного отца, единичное количество раз. Девочки с самых ранних лет были научены, что врываться в кабинет без стука — это нарушения правила номер один. «Папа работает», — говорила тогда Друэлла, — «Не стоит ему мешать». И на эту дубовую дверь обычно косились со страхом и каким-то странным недоверием. Будто бы за ней сидит не родитель, а страшный дракон. А если пересекали порог этой комнаты, то пересекали его осторожно, словно из-за страха, что пол вот-вот обвалится, с потолка свалится гигантский металлический шар с шипами и убьёт их и тому подобное. Сигнус это знал прекрасно, и эти простые слова Беллатрикс кажутся ему ужасно непривычными, и даже неестественными.
— Да, не сладко, — с короткой усмешкой подтверждает он слова её о трудностях на работе, — А разве есть сейчас те, кому живётся хорошо?
Если он увидит человека, который в столь непростой период живёт хорошо, то перепишет на него всё состояние семьи Блэк. Да, только пусть сей индивидуум будет человеком благородным, честным и со светлой душой: негодяи, как паразиты, умеют приспосабливаться даже к неблагоприятным условиям.
Сигнус не жалуется на трудности на работе, лишь бы трудолюбие его, и всех вместе взятых Министерских чиновников дало какие-то свои плоды. Святая простота!
— Присаживайся, — вдруг мягко, но всё с той же строгостью во взгляде, заявляет мистер Блэк, и указывает на одно из кресел, что стояли напротив его стола.  — И изволь объясниться. Если будешь лгать, так делай это так, чтобы я в это поверил.

+2


Вы здесь » MORES MΛJORUM » PENSIEVE » «В минуты отчаяния», 8 сентября 1981.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC