Вверх страницы
Вниз страницы
«MORES MΛJORUM»
Cui ridet Fortuna, eum ignorat Femida
Добро пожаловать на самый неординарный проект по книгам Джоан Роулинг.
Наша игра разделена на два больших периода: 50-е и 80-е годы - в каждом из которых свои яркие герои и свои сюжетные линии. Если ваш персонаж жив и в 50-ых, и в 80-ых, то вы с легкой душой сможете отыграть его в разных возрастах. Важно то, что события 50-ых годов влияют на события 80-ых. А значит история, которая нам всем так хорошо знакома, может пойти совсем по иному сценарию.
диалог с амс | роли 50-х | роли 80-х | faq по форуму
вакансии 50-х | вакансии 80-х | колдографии
нужные 50-х | нужные 80-х | акция 50-х | акция 80-х
АКТИВ «MORES MΛJORUM»


ИГРОВЫЕ СОБЫТИЯ 50-Х
Октябрь 1951 года. Сыро, на 6 градусов выше нуля.


6 октября. Инквизиция, узнавшая от Бэлчера о существовании таинственного дневника, бросила часть своих сил на поиски артефакта.
Действующие квесты: «Сага неприятных известий» и «Кошелек или жизнь».



ИГРОВЫЕ СОБЫТИЯ 80-Х
Октябрь 1981. Первые морозы, на дорогах - тонкий лед, очень скользко. На один градус меньше нуля.


3 октября. Пожиратели Смерти устраивают нападение на маггловскую деревеньку в Ирландии, чтобы оттянуть на себя основные силы Аврората. В это же время, Темный Лорд и его ближний круг попадают в Отдел Тайн в поисках пророчества. Но некоторые сотрудники Отдела уже предупреждены о грозящем нападении, и как только между Невыразимцами и Пожирателями Смерти начинается битва, в Отдел прибывает часть Аврората и Орден Феникса.
Действующие квесты: «Ирландские ночи» и «Погоня за тенью».

Вы можете найти партнера для игры, заказать квест или посмотреть возможности для игры.

MORES MΛJORUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MORES MΛJORUM » PRAESENS » «Сага неприятных известий», 6 октября 1951


«Сага неприятных известий», 6 октября 1951

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://se.uploads.ru/1NaVk.png
1. Место и время
Дом Лонгботтомов - Аврорат, 01:00
2. Участники квеста
Harfang Longbottom; Авроры
3. Сюжет квеста
Харфанг Лонгботтом очень обеспокоен долгим и беспричинным отсутствием супруги. Харфангу Лонгботтому приходит письмо, коего он не ждал.
«Мистер Лонгботтом,
Ваша жена находится в руках Инквизиции. Если Вы хотите увидеть ее живой, Вы должны отправить по адресу, указанному на конверте, 2000 галлеонов. Если деньги будут получены нами до двух часов ночи, Вы сможете найти свою жену в Кентерберийском соборе. В противном случае, Вы найдете ее там же. Мертвой.»

Но ведь в письме ничего не сказано об аврорах?

+1

2

Этот день был на удивление бесконечен. Министерство будто бы сошло с ума, решив именно в этот день на неделе впихнуть все самые невозможные, невообразимые события. Харфангу даже казалось, что сегодня в Министерстве произошла маленькая война - все как будто с ума посходили. Как итог - в половине двенадцатого ночи мужчина, между прочим женаты, вернулся домой. Издав негромких характерный для аппарации хлопок, Лонгботтом появился на пороге собственного дома. Он чувствовал себя настолько разбитым, настолько уставшим, что готов был аппарировать сразу в спальню и упасть замертво. Чего уж там говорить - даже его совершенный мозг уже давным-давно дремал.
В это время Каллидора обычно уже дремала. Облачившись в дорогой и роскошный пеньюар, натянув на глаза ажурную повязку, она должна была мирно и так знакомо посапывать во сне. Равномерно, спокойно, точно была самым спокойным и безмятежным человеком, доселе неизвестным человечеству.
Развязав серый переливчатый шарф  и сбросив с плеч чёрное пальто, Харфанг нервно дернул "удавку", весь день стягивающую горло. Шуметь не хотелось - чтобы не разбудить жену, ведь, несмотря ни на что, мужчина беспокоился о покое своей супруги - потому Харфанг расстегнул жилет ещё в коридоре, заглядывая в комнату. По привычке он скользнул глазами по кровати - по силуэту спящей жены на краю кровати, когда понял... что кровать не расправлена, что в ней никого нет. Сперва он даже оторопел, будто бы напротив - увидел в кровати как минимум двух гиппогрифов. Непонимающе мужчина моргнул пару раз для верности и приблизился к супружескому ложе. И правда - никого. Странно.  Харфанг застегнул жилет обратно на две пуговицы - неизвестно зачем - и вышел в коридор.
Через пятнадцать минут усадьба Лонгботтомов светилась всеми огнями - по всем этажам сновали домовики, надеясь найти хозяйку в какой-нибудь комнате. Харфанг, который смертельно устал и без этого, безжизненно сидел на пуфике, опершись о трюмо жены и смотрел в пол. Ему и хотелось бы заснуть, но отчего-то он не мог сомкнуть глаз. В голове носились самые страшные мысли, и, к слову, была на то причина. Если бы Каллидоре вздумалось, например, навестить свою семью или каких-нибудь важных особ, то нет никаких сомнений в том, что в кармане Лонгботтома уже бы лежала записка: "Дорогой муж, не утруждай свою личность моими поисками - я навещаю бедняжку миссис N, право, она так нуждается в нашей поддержке! Но ты, конечно же, так предан своим плавающим мозгам, что..." и дальше немного сарказма в стиле Доры, который подогнать под один шаблон достаточно трудно. А вот отсутствие без "объявления войны" пугало и не на шутку. Первой мыслью, которая посетила мужчину, была о том, что Дора сбежала с любовником. Умным, красивым, с которым, конечно же, он не знаком. Дора не любила скучать, а рядом с Харфангом, увы, была вынуждена придаваться тягучей тоске. Харфанг ждал этого, ждал, что в один прекрасный день она просто исчезнет, что она просто не вытерпит и сбежит от него, точно пленница, которая наконец-то перетерла веревки, которые опутывали ей руки.
Трюмо жены как всегда было уставлена сотнями разных склянок, баночек, коробочек, футлярчиков и прочей ерунды. Мужчине всякий раз становилось дурно, как только он бросал взгляд на этот мини косметический салон. Ему вообще казалось, что ножки трюмо однажды подкосятся и вся эта парфюмерия проломит пол, убив тех, кто сейчас этажом ниже. Внезапно усталый взгляд Харфанга сфокусировался на небольшом листочке, сложенном вдвое. Что это? Мужчина спешно взял его и развернул, пробегая глазами по скупым строчкам.

Сердце громко стукнуло и упало куда-то в желудок. Губы Харфанга искривились, уголки опустились вниз, глаза часто-часто заморгали. Что значит Мёртвой? 2000 галлеонов? В Кентерберийском соборе? Несколько секунд, точно погруженный в воду, мужчина сидел, поглаживая большим пальцем письмо, которое все ещё держал в руках. Он почти не дышал, только бессознательно смотрел перед собой, даже не моргая. Потом, выпустив листочек из рук, Харфанг поспешно достал свои часы на цепочке и открыл их, не замечая, как мелко дрожат его пальцы. Почти час ночи. Мерлин. Нужно что-то делать, иначе её убьют. В мыслях тут же пронеслись все ужасы, которые эти Инквизиторы только могли помыслить в отношении его жены. Проклятые революционеры. Чёрт побери, нужно что-то делать, хватит сидеть!
Точно подорвавшийся на собственных мыслях, Харфанг вскочил с места и тут же аппарировал назад в министерство. Только вот этаж ему нужен был другой, тот, где красуется надпись "Аврорат".

+3

3

Быть дежурным аврором непросто. По ночам, конечно, происшествий случается куда больше, чем днем. А значит, кроме того, чтобы сдерживать себя от желания заснуть, нужно максимально концентрироваться на работе, которая никогда не бывает простой. Я очень устал. Я никогда не любил ночные дежурства: по типу режима я, определенно, жаворонок, а потому ночные бдения мне были в тягость. Я с тяжелым вздохом провожал стрелки часов, которые двигались на редкость и на злость медленно, мешая мне думать о чем-то более радостном, нежели о работе.
Впрочем, сегодняшняя ночь начиналась на редкость тихо. Я, Ал и Каролина мужественного не говорили об этом, чтоб не сглазить. Мы торжественно переглядывались друг с другом, пока я не услышал, как в коридоре, ведущим в наш отдел, хлопнула дверь. Странно, ведь никто и никогда не приходит в Аврорат на своих двоих. Я вышел в коридор и увидел перед собой Харфанга Лонгботтома. Он был вполне известным человеком в Министерстве Магии, но сейчас его трудно было узнать: перепуган и бледен. Да и что ему делать здесь в такой час? Разве что из Отдела бумаги похитили, а он ни сном, ни духом.
- Джим Белл к вашим услугам, мистер Лонгботтом, - я протянул ему руку. Когда мы обменялись приветствиями, я задал свой первый вопрос. - Что привело вас к нам? Вы очень плохо выглядите, - я провел Харфанга Лонгботтома внутрь. - Альфард, Каролина, мистер Лонгботтом к нам по делу, - многозначительно, ничего не скажешь. Я усадил волшебника на стул перед моим рабочим столом и сам занял свое рабочее место, приготовившись фиксировать все, что скажет этот чистокровный господин. Ночь обещала необычные происшествия.
Параллельно всматриваясь в бледное лицо Лонгботтома, я на всякий случай достал стакан, куда налил воды. Мне бы никого не хотелось выводить из обморока, поэтому пусть лучше сразу попьет. Если не поможет, у нас есть что и покрепче. Я переглянулся с Каролиной: мне пугало затяжное молчание Лонгботтома, потому что я искренне не понимал, что такого могло приключиться, о чем нам еще не доложили сигнальные чары. Непростительных ни к кому еще не применяли, массовые вспышки магии в маггловских районах не зафиксированы. Значит, для общественности угроз нет. Так в чем же дело? Отдел Тайн нас никак не касался, по сути. Они занимались там своими тайными делишками и никого в них не посвящали: отчитываются только перед Министром, мерзавцы, никакого над ними контроля. Проекты, конечно, мутные у них там, поговаривают, да не наше это дело.

+1

4

Ноги несли как-то сами. И причем куда-то туда, куда знало только подсознание мужчины. В глазах всё ещё стояла записка, мысли то и делали, что подбрасывали разные страшные картинки с лицом Доры. Губы Харфанга, бледные, слегка тряслись, глаза бегали туда-сюда.
Лонгботтому очень повезло, что его встретили. Некий миловидный волшебник-аврор любезно проводил Харфанга и даже предложил стакан воды. И пока Лонгботтом пытался прийти в себя, точно бы от долгого бега, а не от волнения, эти трое терпеливо ждали, подняв на него глаза с выражением тотального непонимания.
Стакан с водой слегка подрагивал в руке Харфанга, но для уверенности взяв его двумя руками, мужчина сделал хороший глоток. Оторвав взгляд от какой-то несуществующей точки в пространстве, он, наконец, сфокусировался на Джиме Белле. Юноша, кстати, был Лонгботтому знаком. Но только шапочно.
— Каллидора, - Харфанг сглотнул, — моя жена, Каллидора Лонгботтом. Она пропала. - Голос предательски подрагивал, это как-то раздражало даже самого обладателя. Ему сейчас просто необходимо было взять себя в руки. Вот что бы ему сказал Дора, будь она рядом? Картина с женой так живо нарисовалась в сознании, что Харфанг чуть не подпрыгнул на месте. Но этот заряд был весьма полезным - он взбодрил мужчину и заставил прийти в себя. — Они похитили её, оставили записку дома, на трюмо. Что она сейчас в Кентерберийском соборе. И если до двух ночи я не уплачу двух тысяч галлеонов, - Харфанг тревожно вытащил свои позолоченые часы на цепочки и откинул крышку. — то они... они убьют её. Харфанг прошелся глазами по каждому из присутствующих, пытаясь выискать в их взглядах какую-то решительность, которой не доставало самому. Всю его решительность обычно осуществляла Каллидора, потому вместе с исчезновением супруги исчезла и она.
— Я... я выронил листок, он остался в особняке, в спальне. Я готов заплатить им столько, сколько они просят. У меня есть связи... но я боюсь, что они не сдержат своего обещания. Зачем им Дора, скажите? Скажите, что я должен сделать? - Голос Харфанга звучал не моляще, но почти требующе. Осознание того, что время Доры утекает как песок в часах приводила Харфанга буквально в состояние истерики. Внутренне. Внешне это выражалось лишь в подрагивающих пальцах и губах. И немного грубоватом тоне.
Только бы она была жива, только бы с ней ничего не сделали!

+2

5

Я внимательно следил за Лонгботтомом, незаметно пододвигая к нему стакан с водой. Он явно нервничал, я никогда не видел его таким... неспособным к выражению собственных мыслей, стоит сказать. Я переглянулся с Каролиной: очевидно, случилось что-то очень из ряда вон выходящее. Наконец, Харфанг смог сделать большой глоток и начал говорить.
Пропала жена - раз. Записка дома - два. Кентерберийский собор - три. Вымогательство - четыре. Угроза жизни - пять. Я не заметил, как само собой у меня загибаются пальцы.
Впрочем, для такой степени страха, Харфанг вел себя вполне разумно. Неразумнее всего было бы действовать в одиночку с похитителями, который настроены явно недоброжелательно и сумели пробраться на территорию охраняемого поместья - все эти чистокровные бредили своей безопасностью.
- Мистер Лонгботтом, вы правильно сделали, что сразу обратились к нам, - я посмотрел на часы. - У нас осталось около сорока минут до назначенного срока, мистер Лонгботтом. В том письме точно ничего больше не было указано? - я дождался неуверенного кивка с его стороны и продолжил. - Каролина, собор ведь полностью находится в маггловской части Лондона?- намекнул я, пытаясь связать это дело с последними сведениями об Инквизиции. - Я думаю, что нам стоит ... отправить указанную сумму на адрес. Вы запомнили адрес, мистер Лонгботтом? - не хватало еще терять время из-за его растерянности. - Не обязательно настоящие галлеоны. И наведаться в собор сейчас же, чтобы убедиться, что ваша жена находится именно там, - я готов был дать руку на отсечение, что это Инквизиция. А значит - магглы. Мы бы справились с ними в два счета. Да и зачем им рисковать собой ради какой-то леди?

+1

6

Министерство - место вполне себе полное звука, особенно если полениться накладывать шумоподавляющие заклинания на дверь. Но вот такой роскоши в Аврорате себе не позволяли. Еще чего, вводить привычкой удаление важных источников о происходящем вокруг! Аврор должен быть начеку - и привыкать разбирать в суматохе важные ему моменты. Правда, быть начеку двадцать четыре на семь - утомительная работа, даже если возишься с бумажками в кабинете: этой самой привычкой уже и втравлялась неосознанная обработка всего происходящего вокруг. Отчасти поэтому ночное дежурство имело один замечательный плюс в своём небольшом списке достоинств: в Министерстве (да и вне его, что особенно важно) становилось спокойно. Обычно. Хлопок, еще один; все смотрят на дверь. Джим выходит в коридор - и тут же возвращается. И с кем! "Нечасто к нам являются лично". Харфанг Лонгботтом - да еще и в каком виде.  Впрочем, последнее и неудивительно - к аврорам по пустякам посреди ночи не забегают. "По делу, Джим, ну как будто не поняли", - Лина молчит, но внимательно наблюдает за внезапным гостём. Опыт работы предполагает привыкание к тому, что в минуты отчаяния и страха люди не в силах изображать собранность или хладнокровие, и было и вправду проще не обращать внимание на самого человека, если он незнаком. Но Харфанг Лонгботтом - в Министерстве человек ступени повыше, и не будучи с ним знакомым лично, Лина всегда ощущала к нему - или к его образу, всегда сложно сказать, о чем речь - приятственную нейтральность. Потому его уязвимость сейчас вызывает некое сочувствие - что-то, что обычно не растрачивается на потерпевших.
Он старается сдерживать панику и, надо признать, с этим неплохо справляется. Пусть дрожь в руках и явно не обычные его интонации в голосе, но Харфанг рассказывает, в чем дело. Лина едва сдерживается, чтобы не поднять брови в удивлении. Пропажа волшебников - дело нечастое, но пропажа такого знатного лица - нечто вне обычных рамок.
- Да, - кивает Джиму в ответ. Во всяком случае, Лина не помнит, чтобы поблизости с собором проживали волшебники. Ну, в некотором роде это удобное место, если поблизости одни маглы, но... Но как похитили миссис Лонгботтом? Неужели представители такого рода не имели полный арсенал заговоров и заклинаний на своем доме? А если да - то можно было бы предположить, что жена пропала вне дома, но тут всплывала записка, оставленная именно внутри их жилища. И хотя Харфанг не сказал чётко, Лина не стала спрашивать, кто "они". Если это Инквизиция - то вдвойне страннее, как вообще такое дело они смогли провернуть.
- Зачем? Скорее всего, просто припугнуть вас, или не только вас. Но это неважно - мы сделаем всё возможное, чтобы ваша жена вернулась в целости и сохранности. - "неважно" - это не совсем так, конечно. Важно, почему именно Лонгботтомы цель и чья, но Харфангу сейчас до этого точно нет дела. Лина медлит и вопросительно смотрит на Альфарда. Отправить Харфанга домой? Оставить его тут - одного или с кем-то? Да и по правде говоря, та информация, которую сообщил им Харфанг, была не особенно достаточная для полной картины. Но едва ли у них есть время, чтобы тратить на дополнительные расспросы.

+1

7

Харфанг нервно переводил взгляд с одного аврора на другого. Его одолевало нестерпимое чувство, будто бы они знаю что-то, чего не знает он - это во-первых, а во-вторых, что его визит кажется им сверхъественной глупостью. Ну или просто чем-то невнятным и странным. Харфанг хмурился, переводя взгляд с Джима на Каролину. Казалось, что они решились разрешить несколько своих проблем, которые, так или иначе, связаны с исчезновением Каллидоры.
Дора. Какие мысли вызывало это имя всвязи с исчезновением его обладательницы? Без сомнения первой реакцией была паника, ведь смерти своей жены Харфанг ну никак не желал. А после того, как первая волна прошла, верх взяло трезвое сознание. Потерев воздух меж пальцев, Лонгботтом стал думать. Думал о том, что будет, если он вдруг откажется платить. Если он сейчас просто уйдет домой и ляжет в постель. Мысль, наполненная ужасом, заполнила голову Лонгботтома. Он просто просто представил, чем это может кончится. Собственными руками убить жену, получается. Больше никто не будет упрекать его в мягкотелости и безвольности, пилить и занижать самооценку. Снова, как в молодые годы, он сможет быть полностью отданным книгам и учению. Свобода...
Наделенный недюжинным умом, Харфанг вдруг понял, откуда проистекают такие мысли - ему что, все равно? Его жена, Дора, безразлична ему, получается так? Неужели он, Харфанг Лонгботтом, настолько бездушная тварь, которая способна легким росчерком пера позволить своей собственной жене умереть? Отчего, отчего он видит её таким извергом и действительно ли она так ужасна, как её малюют? Харфанг уперся взглядом куда-то в пол, сведя брови. Он сжал что-то невидимое меж большим и фалангой указательного пальца. Затаил дыхание. Он вспомнил, как в первый раз увидел её, как блестело её прекрасное платье, увлекая мысли в замысловатый танец. Как он был опъянен ей, как пленила его её красота. Эта женщина была из тех, которых можно пересчитать по пальцам. Она могла бы стать королевой, но стала его женой. И он позволил себе, просто позволил такие отвратительные мысли!
Отвесив себе мысленную пощечину, в точности так, как это сделала бы Каллидора, Харфанг сфокусировал взгляд на аврорах.
— Мистер Белл, я могу процитировать вам половину трудов Миранды Гуссокл, сопровождая их примерами и исторической подоплекой. Неужели Вы думаете, что в моей памяти не нашлось места для короткой записки? Если потребуется, я могу воспроизвести её на пергаменте один-в-один. — Харфанг говорил уверенно, но абсолютно беззлобно. Обычно мужчина не был так в себе уверен, не был может быть груб, но в те моменты, когда состояние значилось как  "аварийное" было не до ужимок.
— На кольце Сейнт Джорджес живет мой приятель. Я смогу одолжить у него нужное количество галлеонов. Собор как раз находится там неподалеку. Я обязан идти с вами, - Лонгботтом по очереди посмотрел на каждого из присутствующих. А затем, будто спохватившись, добавил, — если вы позволите.

+2


Вы здесь » MORES MΛJORUM » PRAESENS » «Сага неприятных известий», 6 октября 1951


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC